Несмотря на то, что перелет из Владивостока в Сеул занимает всего два часа, Федору пришлось сначала пересечь всю необъятную Родину, чтобы в Москве присоединиться к группе таких же как он инженеров службы насосных станций крупной международной компании. Во второй раз за день пролетая озеро Байкал и горы Монголии, Феде хотелось заплакать.

Их группу из пяти человек, которых, за хорошую работу, отправили в командировку в главный офис в Корею, возглавляла куратор Надежда – худощавая молодящаяся женщина лет 50, в коротком обтягивающем платье, которое, однако, не придавало изящества, а, скорее, наоборот, подчеркивало все ее недостатки, с жилистыми руками и огромной копной рыжих волос, собранных на макушке в рогалик. Надежда Федору сразу не понравилась. Ее тонкий, но громкий голос напоминал ему ненавистную преподавательницу химии в университете по кличке «Пила». Сеул Феде тоже не понравился сразу на выходе из здания аэропорта. Он тут же обратил внимание на странный, как будто бы плотноватый, как из ваты, воздух – казалось, его можно набрать половником в миску и есть ложкой. Дышать было невозможно. Вокруг мельтешили броуновским движением люди, создавая при этом невероятно, катастрофически громкий щебет. Федор не мог понять, как такие небольшие по размеру люди могут выдавать такое количество децибел.

Группа инженеров явно выделалась из общей толпы людей. Сорокалетний Сергей, с противной бородкой и зализанной на лысину челкой, «принял на грудь» коньяку еще до взлета, мелкие бесцветные глазки его блестели, он постоянно улыбался и нелепо повизгивал извинения прохожим, задевая их то локтем, то спортивной сумкой: «Изьзьвиньте». Геннадий, огромный лупоглазый детина, в черной спортивной майке, кажется, чуть меньшего размера, чем положено носить взрослым мужчинам, и со странной татуировкой на плече, постоянно слушал музыку в наушниках, покачивая головой, и жевал жвачку. Двое абсолютно идентичных, на первый взгляд, персонажа, которые постоянно оглядывались, как шпионы, и что-то нашептывали друг другу на ухо, плотно прижимая к груди одинаковые коричневые портфели, были супругами Зайцевыми. В голове колонны быстро семенила Надежда, держа над головой желтый зонт. Последним шел Федор. Ему очень хотелось спать.

Попав в свой номер, Федор не смог принять душ, так как количество кнопок в душевой кабине было больше, чем количество кнопок на всех насосных станциях пожаротушения или хозяйственно-питьевого водоснабжения, которых он видел. Обтерев тело бумажными полотенцами, смоченными водой из-под крана и съев орешки из мини-бара, он быстро заснул. Феде приснилось озеро Байкал.

Следующий день показался Федору хорошим. Рано утром их группа собралась на первом этаже отеля, затем, в сопровождении одного из корейских инженеров – приятного коренастого черноволосого мужчину по имени Джонг, возраст которого угадать было невозможно, они отправились на завод. Федор с интересом слушал о новинках производства, рассматривал новые насосные станции и фотографировал аппараты на старенький смартфон. После был ужин с главой компании, на котором подавали замысловатые азиатские блюда, напоминающие по виду скорее содержимое компостной ямы на даче Фединых родителей, чем привычную еду. Ему отчаянно захотелось пельменей. Лупоглазый Геннадий пил один бокал шампанского за другим, супруги Зайцевы складывали в свои портфели печенье с предсказаниями.

После ужина Надежда радостно заявила: “А сейчас мы все идем в спа!”.

– Спать? – переспросил Федя.
– Нет, Федор, – опять этот голос химички, – в спа. На массаж.
– Оу йее, – как-то несообразно своей внешности протянул лысоватый Сергей.
– Я лучше спать, – с надеждой в голосе сказал Федор.
– Тайский массаж очень полезен и в наше время, и в наших условиях, – заскрипела Надежда, – желателен людям, имеющим значительную массу тела, а также спортсменам с повышенным тонусом мышц.

На последней фразе Геннадий пошевелил татуировкой на плече.

В спа-салоне Феде выдали халат и завели в темную комнату. На полу лежала солома, по углам комнаты горели свечи. Странно пахло сладким. Натянув халат прямо на одежду, Федор неуверенно лег на живот. Через минуту в комнату зашла крупная азиатка, поклонилась, сняла тапочки и, взявшись за перила, прикрепленные к потолку, наступила Федору на спину.

Федор взбрыкнул, как разгневанный рысак под седлом неумелого наездника, от чего массажистка с грохотом повалилась на пол и укатилась куда-то в угол комнаты, громко выкрикивая что-то, на манер азиатских игроков в настольный теннис.

– Ишь, что надумала, бестия – по живому человеку ходить! – закричал Федя в ответ, – Это ж я, мое, так сказать… Тело! Здесь не ступала нога человека!

Пролетая в четвертый раз озеро Байкал, Федя смотрел в иллюминатор и улыбался. Федя летел домой.