На Ленинском проспекте, недалеко от дома, где живут родители, запланировали новое метро. Зачем это нужно совершенно непонятно: практически в пешей доступности есть целых три станции. Но я не градостроитель и не готов обсуждать решения инженеров. К тому же, у меня совершенно нет на это сил и времени. Единственное, что я хотел бы обсудить с градоначальниками, это почему в городе так холодно зимой.

Но вот у кого есть на это силы, так это у старожилов подъезда генеральского когда-то дома. Тётя Рита, которые последние 20 лет не меняется, и в свои 80 выглядит на все 100, простите за каламбур, собрала экстренное совещание. Михаил Абрамович, извечный старшина по подъезду, размахивая клюкой, на которую он никогда не опирается, но всегда зачем-то носит собой, кричит, что метро нам не нужно. Инна Михайловна обнимает кота, который больше похож на старый мохеровый халат, они оба кивают, соглашаясь с оратором. Дядя Володя в свитере цвета обоев в “хрущевке”, инженер в отставке, что-то записывает в пожелтевший блокнот коротким огрызком карандаша.

Все вместе сочинили коллективное письмо и распечатали для каждой квартиры на странной газетной бумаге. Письмо получилось трогательным и плаксивым, про то, что дом такой же старый как и те, кто в нем живет, и ни дом, ни жильцы строительства метро не выдержат. У нас и так вон трещина в стене и в подвале течь. Решили отправить письмо сразу президенту, но потом выпили настойки валерьяны, успокоились, решили обратиться к начальнику поменьше, то есть, к мэру. Бабушка дала мне задание купить на почте конвертов.

На почте я не был лет 25, со школьных времён. Тогда почта казалась волшебным идеальным местом: там продавались свежие журналы, иностранные комиксы, альбомы с наклейками из мультфильмов и масса непонятных вещей. Там пахло клеем, свежей прессой и краской. Почта была лучшим местом, куда можно было пойти после уроков. За прилавком всегда работало три человека: женщина без возраста в крупных очках и библиотекарской шали, небритый синего цвета мужичок в тельняшке и с понятной биографией из-за татуировки на предплечье, и, обязательно, человек в белой рубашке и при галстуке.

С тех самых пор на почте мало что изменилось.

Сколько теперь нужно времени, чтобы отправить электронное письмо человеку: минуты три? Это, включая сочинение и пару ошибок в адресе, когда, чертыхаясь, путаешь точку с запятой.

Чтобы купить конверт на почте мне потребовалось больше получаса.

Сначала необходимо выстоять в очереди, потом ты подходишь к окну. Пахнет клеем, свежей прессой и краской. На прилавке расставлены странные товары, например, мазь от ушибов, наверное, для тех, видимо, случаев, когда ты тут же, на почте, роняешь тяжелую посылку на ногу.

– Сколько стоит конверт для письма по городу Москва? – спрашиваю.
– Это зависит от веса , – отвечает небритый мужичок в тельняшке с татуировкой на предплечье.
– Да нет никакого веса, – говорю, – обычные бумажные письма.

Достает откуда-то файлик с таблицей, долго на него смотрит, прошевеливая что-то губами, потом заявляет: “От 15 до 127 рублей”.

– Мне самый простой, – говорю, – для бумажного письма, который ничего не весит, но очень весом.

Мужичок метафору не считывает, приносит стопку с конвертами, садится в кресло и начинает долго что-то печатать на компьютере. Минут через пять он обращается к своей соседке: женщине без возраста, в крупных очках и шали: “Подскажите, как конверт пробить, Любыванна”.

– Просто набираешь 472662, – сухо отвечает мудрая женщина.

Уже пробует, у него не получается, они вместе что-то долго печатают в компьютере, возможно, письмо мэру.

– Иди к Валере, – говорит мудрая женщина, мужичок уходит в подсобку и минут через семь возвращается с человеком в белой рубашке и при галстуке.

Валера ловко рубит мышкой и, наконец, все вместе чуть ли не хором они называют мне цену за мою нелёгкую покупку.

– А можно ли оплатить картой? – с опаской спрашиваю я.
– О, а давайте попробуем! – излишне воодушевленно кричит Валера, – нам только сегодня как раз терминалы поставили.

Как я расплачиваюсь за конверты с помощью бесконтактной карты наблюдали все сотрудники почты, включая грузчиков в синих халатах и уборщицу. Когда оплата успешно прошла, Валера с искренним удивлением протянул: “Ни черта себе!”.

Спустя полчаса я вышел из почты, сжимая в потных ладонях заветные конверты, и подумал: “Твою ж!

Мы запускаем космические корабли в космос, в квартирах у нас убираются роботы-пылесосы, навигатор учит нас, как доехать до Челябинска без пробок, мы звоним по видеосвязи в другой конец мира, заказываем еду, не надевая брюк, а в это время на почте невозможно купить конверт.

В это время в жилых домах взрывается газ, в мирное время погибают люди. В это же время закрываются поликлиники, из-за того, что протекает крыша и на потолке образуется плесень. Из-за снежных заносов на вызов опаздывает скорая. Где-то в домах нет света, где-то люди спят, не снимая верхнюю одежду”.

Я подумал, сколько конвертов нужно купить, чтобы перестать удивляться этому абсурдному миру?

Потом я сел в машину, надиктовал этот текст и отправил почтой самому себе.

За три минуты.