В этом тексте содержалось нецензурное слово, чрезвычайно важное для раскрытия темы, но абсолютно неподходящее для печати, поэтому я заменил его на созвучное “дурак”, дав уважаемому читателю возможность самому домыслить более подходящий эвфемизм.

Я давно не озорничал. У меня вообще довольно скучная жизнь. Если совсем честно, моя жизнь – это грандиозное занудство, вписанное в квадрат личного кабинета. Думаю, это плата за относительное благополучие. Но на днях случилось. Вечером в дверь кабинета постучали. Я поздно засиделся, ушли уже даже уборщицы, и потому удивился. Дверь приоткрылась и в щели появилось интеллигентное лицо. Лицо сказало: «Добрый вечер» и за ним втянулись в кабинет остальные части тела одного из коллег. Мой гость медленно прикрыл дверь за спиной, плавно опустил ручку и замолчал. Повисла неловкая пауза. Спустя минуту, я спросил «Чем обязан?».

– В холл на втором этаже завезли диваны.
– Так.
– Это диваны для зон отдыха в нашей компании.
– Ага.
– Но они пока ни за кем не числятся. То есть в целом не ясно, у кого будут стоять.
– Пока не очень улавливаю, – соврал я.
– Нам на этаже нужен диван. Если поставим сегодня – уже никто не заберет. Тихонько, пока все ушли. Вы со мной?

Через крохотный лифт, на котором вывозят мусор, мы проникли в холл второго этажа. Там действительно стояли двухместные диваны противного абрикосового цвета, обернутые целлофаном. Коллега начал медленно ходить, присматриваясь к каждому.

– Чего Вы выбираете, берем любой, – полушепотом сказал я.

Когда мы тащили диван к выходу, в холле внезапно погас свет. Мы погрязли в абсолютнейшей темноте. Двое взрослых мужчин в темноте стоят и держат в руках диван. Театр абсурда, “Миф о Сизифе” Альбера Камю.

– Ставьте, – зашептал коллега, – наверное охранники выключили освещение, я выйду и включу свет в коридоре. Если что – свистите.
– Я не умею свистеть, – сказал я.

А я действительно не умею свистеть. Мой свист скорее похож на шипение ежа в период спаривания. Один близкий приятель называет его «Знаменитый Свист Гончарова».

– Не выдумывайте, – сказал коллега и скрылся в коридоре.

Через пару минут в холле зажегся свет. А еще через минуту я услышал на лестнице разговор. Видимо, охранников. Подбежав к двери холла, я начал усиленно изображать свист. Было похоже, будто заварочный чайник возомнил себя закипающим чайником на плите. Дверь распахнулась, в холл забежал мой соучастник, схватил диван и с диким скрежетом потащил его по офисной плитке в сторону выхода. От изумления я продолжал шипеть. В этот самый момент в холл зашли охранники.

– Фамилии, отдел, – спросил тот, что потолще.

Мы назвались.

– Я сообщу директору о нарушении.

Диван мы-таки дотащили. Присели отдышаться.

– Как думаете, сообщит директору о нарушении? – спросил я.
– С большой долей вероятности – да, – ответил похититель офисных диванов.
– Почему?
– Потому что, – мой интеллигентный коллега поправил изящным движением массивную оправу очков с какими-то телескопическими диоптриями, – у меня сложилось впечатление, что этот человек – дурак.